По ту сторону Солнца - Елена Асеева

– Аккуратно. Более не отклоняйтесь от заууа, – мельком окидывая взором само кресло, – понеже вайтэдром начал движение.

И впрямь, Девдас оказался прав. Ибо стоило Дарье прислониться к спинке, и вздеть вверх голову, как над ней в несколько десятков секунд промелькнул сводчатый потолок, отливающий зеркальной поверхностью, гвотаки, межгалактической станции, а после треугольный сегмент створки, все еще уползающей наверх. Вылетев, как оказалось из хвостового отсека и вовсе огромного корабля, полностью оправдывающего собственное название станции, они оказались в космическом пространстве. Это было овальной формы гвотаки, сжатое по бокам и имеющее желтовато-белую обшивку. Передняя часть станции зрительно была толще более уплощенной хвостовой. Сама обшивка пестрила мерцанием многочисленных огней, местами принимающих форму сияющих пятен или выступающих над общим уровнем гвотаки площадок, покрытых небольшими выступами, образующими какие-то узоры. Множество тонких антенн (похожих на плавательные ножки, двуветвистых пластинок) подвижных и черного свечения, опоясывали межгалактическую станцию по краю сжатых, до состояния плоской грани, боков.

Скорость вайтэдрома была столь огромна, что он мгновенно миновал поверхность гвотаки, вылетев и вовсе в невообразимую космическую даль. Каковая глянула на Дашу не только множественностью мельчайших, серебристых крапинок звезд (точно пролегших ровной полосой справа), но и проступающих нескольких туманных областей, удаленно мерцающих слева. Одна из них представляла собой рассеянный дымчатый темно-зеленый круг, вытянутый по краям, с внедренными меж подобно намотанных друг на друга лент, нитевидных, голубых блистающих линий. Образующие единое целое покрывало вокруг и вовсе ярко-красного светового пятна те линии, временами, достаточно ярко мерцали. Итоговая, самая крайняя из темно-зеленых дымчатых лент, смотрелась рассыпчатой, лишь кое-где вроде собравшаяся в более насыщенные пятна. Она по собственному рубежу медленно переплеталась с диагонально расположенной и уходящей, очевидно, в далекое пространство космоса розоватой туманностью. Видимый верхний слой этой туманности блистал крошевом белых звездных скоплений, возможно, отражающихся от более мощного в собственном сияние ее центра, кажущегося белым, светящимся пятном, прикрытого вспученными розовыми облаками.

– Как красиво! – восторженно дыхнула Даша, и легохонько вздрогнула, когда серебристые крапинки звезд слева, выступили как-то враз крупными, отдельными светящимися небесными телами, а туманности слева, сошлись в единое целое разлитое марево сине-зелено-розового мерцания.

Девдас дотоль неотрывно смотрящий на замершего около панели управления на настройке громовника Будиля Аусей Перкуна едва слышно, что-то рыкающего двум стоящим недалече от края дугообразной столешницы соплеменникам, оказывается, также нажимающих на кнопки и клавиши на небольших выехавших вверх экранах, медленно развернул голову в сторону Даши. Края его рта, не только нижнего, но и верхнего сейчас изогнувшись, начертали на лице широкую улыбку, придав самим чертам мягкости, посему Дарья поняла, ассаруа ею любуется, не прикрыто демонстрируя собственную радость от ее появления. Высокий рост Девдаса в сравнение с Дашиным если и не делал его мощным, то придавал года, указывая на старшинство, знания. Отчего бурсак ощущал себя в отношении ассаруа ребенком, не смышленым таким глупышом, каковому простительно не послушание и, очевидное, хоть и не желательное, не подчинение.

– Сие есть Галактика Сварга, – умягченно молвил Девдас. Видимо не собираясь ее вычитывать, пугать, вспять того желая расположить в отношении к себе, привязать. – Мы летим по системе Дюдола-тиара, в направлении нашей планеты Велесван. Это система, включающая в себя центральную звезду – Рашхат и тридцать семь не звездообразных объектов, в основном представленных различной формы планетами. Велесван находится на восьмой по удаленности эллипсоидно вытянутой орбите от Рашхат. На коей также соседствуют планеты Перундьааг и Сим-Ерьгл. Право молвить сии планеты втрое превышают размеры Велесван, посему ее можно сравнить со спутником иноредь виденном с поверхности данных планет.

Девдас неторопливо поднял лежащую на подлокотнике правую руку и нежно огладил большим пальцем края века левого глаза Даши, слегка оттянув его вниз, и осматривая саму радужку. А после, вновь пройдясь подушечкой по верхнему веку глаза, и вовсе с нежностью в голосе добавил:

– У вас бурсак, удивительные по цвету радужки. Я такого еще не видел, а ведь каждый из приобретенных нами велесвановцев был осмотрен и доставлен на Велесван мною. Абы сие есть моя привилегия и обязанность. – Он на немного прервался, а когда заговорил, голос его стал звучать волнообразно, начинаясь с высокой ноты и завершаясь низкой, словно вытянутой на выдохе. – У нашего расаначальника негуснегести Аруна Гиридхари радужки голубо-алого цвета, и это при том, что у всех остальных велесвановцев их вариации находятся от бледно-голубого до темно-зеленого. У вас же, бурсак, они густо сине-алые, почитай, что темно-лиловые.

– Бурсак, по-моему, не лучше, чем АЭ-сто двадцать четыре. Как думаете, ассаруа? – чуть слышно вопросила Дарья, и прикрыла свои удивительные густо сине-алые, почти темно-лиловые, глаза веками. Не только полупрозрачной пленкой, наползающей сверху, но и значительно более плотной, поднявшей снизу и враз поглотившей и сам свет, и бирюзовость любующихся ею радужек Девдаса.

Глава одиннадцатая

Движение вайтэдрома нежданно застопорилось и столь резко, что Дарья это уловила. Посему открыв веки, обе пары, воззрилась на сидящего в соседнем кресле, вернее заууа, Девдаса. Он, точно ожидая, когда она откроет глаза, качнул головой в сторону крыши судна, и, проследив за движением его взгляда, Даша увидела сине-алое пространство космоса, такое же густое по цвету, как и ее нынешние радужки, местами покрытое плотными пылевыми туманами в виде мелких просеянных звездных скоплений. Правую сторону крыши вайтэдрома, впрочем, прикрывала растянутая полоса желтой туманности с едва различимыми вкраплениями россыпи белых звезд, и тонких бордово-синих полос, увенчанных в местах стыка и вовсе крупными голубого свечения небесными телами. Нежданно по носу судна четко нарисовался (вероятно, от небольшого его поворота в космосе) огромный шар бело-зеленой расцветки, по окоему прикрытый густыми белыми парами дыма.

– Это планета Перундьааг, – нарушая тишину, правящую внутри вайтэдрома, молвил Девдас. – Вайтэдром сейчас расположился как раз над планетой Велесван. Прежде чем я укрою вас дхатой, хотел показать вам сию красоту, как вы выразились, ранее. Ибо ее вы увидите поколь не скоро. Велесван вращается вокруг своей оси с периодом в тридцать два часа. Поелику Перундьааг и Сим-Ерьгл попеременно можно увидеть на его поверхности в виде шара в течение шестнадцати часов, в зависимости от расположения Велесван относительно Рашхат.

Девдас смолк и окинул взглядом Дашу, точно возвращая состояние ее головы в исходное состояние, а сам взор, опуская в направление собственных глаз.

– Велесвановцы никогда не произносят ругательств, – произнес он не то, чтобы впихивая данные знания в бурсака, просто стараясь ему подсказать. – Вам следует от этого отвыкнуть. Я укажу Прашанту и Сохану, моему среднему ссасуа, абы они затем пронаблюдали. Но все-таки мне хочется, дабы вы сами понимали, как сие дурно выглядит. – Авгур опять же мгновенно перевел речь, демонстрируя тем свою непредвзятость и теплоту в обучении Дарьи, пояснив, – у ассаруа велесвановцев, назначенных из лучших самим негуснегести, состоят три воспитанника, ссасуа. Поколь старший из них не достигнет состояние мастера, и не приступит к своим прямым обязанностям.

Казалось Девдас, и не говорил, а будто нарезал свою речь. Иногда выстраивая, выдыхая сразу целые фразы, предложения, а потом сказывая только отдельные слова, или даже слоги. Словно он все время подыскивал выражения, будучи не совсем уверенным в правильности сказанного, определенного чужого и плохо им знаемого языка.

– Вы сами, походу, – не выдержав того самого выкапывания фраз, отозвалась Дарья, – русский язык не очень знаете. – Надрывно дернулись ее плечи, и так достаточно высоко вскинутые вверх, за счет стояния лопатки, и она дополнила, – вы, ассаруа, говорите столь отрывисто, что порой теряется сам смысл ранее сказанного. И мне все время приходится запоминать дотоль вами сказанное выражение, чтобы выстроить предложение.

Вайтэдром тем временем ощутимо дрогнув, принялся опускаться вниз. Дарья это поняла, потому как планета Перундьааг, будто прикрывающая саму систему, стала выступать более масштабным шаром, смыкая пространство меж крышей и космосом, изображая голубой, слегка сплющенный эллипсоид с четко просматриваемыми океаническими впадинами, сетью островов и десятью (расположенными на данной стороне планеты) зеленовато-лазурными материками. Местами курились обок Перундьааг голубовато-белые полосы облаков, прикрывающие планету, изредка, точно трепещущие своими рыхлыми полами.